Taganrogskiy institut imeni A. P. Chehova Rostovskogo gosudarstvennogo ekonomicheskogo universiteta
The author considers N. P. Antsiferov’s theory and its interaction with Soviet historical policy in the 1920s–1930s. The main principles of Antsiferov’s theory, his key works, and how state policy influenced the development of his ideas are analyzed. Special attention is paid to Antsiferov’s methods of historical and cultural analysis and their relevance to the ideological demands of Soviet power. The study shows that, despite ideological limitations, Antsiferov’s theory retained its scientific value and contributed to the development of Russian historiography.
N. P. Antsiferov, Soviet historical policy, historical and cultural analysis, theory of urban studies, 1920s-1930s
Введение
Н. П. Анциферов рассматривал город как выразитель сменяющихся культур, комплексный социальный организм, который необходимо изучать в единстве его исторических, культурных и социальных аспектов [1]. Его подход предполагал анализ городского пространства как источника знаний о прошлом и настоящем общества, что нашло отражение в таких работах, как «Душа Петербурга» [2] и «Книга о городе: город как выразитель сменяющихся культур» [1].
Теория Анциферова акцентировала внимание на важности историко-культурных экскурсий, литературного анализа городского пространства и комплексного изучения городской среды [3]. В условиях советской исторической политики 1920–1930‑х гг. такой подход сталкивался с определенными ограничениями, поскольку государство стремилось к унификации исторического нарратива и подчеркиванию классового анализа в ущерб культурному и историческому многообразию.
Влияние государственной политики на теоретические разработки Н. П. Анциферова
Советская историческая политика 1920–1930‑х гг. характеризовалась жестким идеологическим контролем, национализацией культурных ценностей и пересмотром исторического наследия с марксистско-ленинских позиций. Декреты и инструкции, такие как Декрет СНК РСФСР «О национализации частных собраний живописи и графики» от 2 декабря 1918 г. [4], задавали тон переосмыслению культурного наследия.
Анциферов стремился сохранить целостное восприятие истории и культуры города, что вступало в противоречие с упрощенными классовыми схемами, навязываемыми государством. Тем не менее он продолжал разрабатывать свои идеи, адаптируя их к новым условиям, что видно из его работ 1920‑х гг., посвященных историко-культурным экскурсиям и изучению Петербурга [5, 6].
Он также затрагивал вопросы организации экскурсий для внешкольников [7], роли главной улицы города в краеведческом изучении [8], темы пригородов и их роли в восприятии города [9], изучал литературные связи Петербурга и Москвы на примере творчества Гоголя [10], а также разрабатывал теорию литературных экскурсий [11].
Методология Анциферова и идеологические требования времени
Методология Анциферова включала комплексный анализ городского пространства, историко-культурные экскурсии и литературный анализ города [3, 12]. Он уделял особое внимание роли личности и культуры в формировании городского облика, что не всегда находило отклик у советских историков, ориентированных на социально-экономический анализ [12].
Среди ключевых методологических разработок Анциферова – концепция литературного экскурса, проиллюстрированная на примере «Медного всадника» [13], идеи о взаимосвязи литературы и городского пространства [14], рассмотрение города как социального организма [15]. Он также уделял внимание краеведческому аспекту [16].
Тем не менее некоторые аспекты его теории, например идея о важности изучения родного города, находили поддержку в образовательной политике того времени [17, 18]. Однако общее направление советской исторической науки постепенно смещалось в сторону идеологически выдержанных исследований, что ограничивало развитие подходов Анциферова.
Основные работы Анциферова 1920–1930‑х гг. и их восприятие в советском научном сообществе
Среди ключевых работ Анциферова этого периода – «Душа Петербурга» [2], «Быль и миф Петербурга» [19], «Петербург Достоевского» [20] и ряд статей об историко-культурных экскурсиях [5, 6]. Эти работы демонстрировали уникальный подход к изучению города, который отличался от господствовавших марксистско-ленинских схем.
Восприятие его идей в научном сообществе было неоднозначным: с одной стороны, их ценили за новизну и глубину анализа, с другой – критиковали за недостаточную идеологическую выдержанность и «буржуазный» подход к истории [21]. Воспоминания современников [там же], автобиографические материалы [22, 23] и письма [24] помогают лучше понять контекст его работы.
Также стоит отметить труды, посвященные Детскому Селу [25] и литературным прогулкам [26], которые дополняли общую картину краеведческих исследований Анциферова. Он обращался к теме «непостижимого города» [11, 16] и развивал теорию и практику литературных экскурсий [27].
Заключение
Теория Н. П. Анциферова представляет собой оригинальный подход к изучению городского пространства, который сохранил научную ценность несмотря на идеологические ограничения советской эпохи. Его работы демонстрируют попытку сохранить многогранное восприятие истории и культуры в условиях унификации исторического нарратива. Хотя государственная политика накладывала определенные ограничения на развитие его идей, Анциферов сумел внести значительный вклад в отечественную историографию и теорию изучения города. Его методология продолжает интересовать исследователей и может быть полезна для современного понимания исторического и культурного наследия городов.
Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
1. Antsiferov, N. P. Kniga o gorode: gorod kak vyrazhenie smenyayushchikh drug druga kultur. Kartinki i kharakteristiki [A book about the town: town as an expression of cultures succeeding one another. Images and characteristics] / N. P. Antsiferov, T. N. Antsiferova. – Leningrad: Brockhaus-Efron Printing House, 1926. – 218 p.
2. Antsiferov, N. P. Dusha Peterburga [The soul of Petersburg] / N. P. Antsiferov. – Petrograd: Brockhaus-Efron Printing House, 1922. – 400 p.
3. Antsiferov, N. P. O metodakh i tipakh istorikokulturnykh ekskursiy [About methods and types of historical and cultural excursions] / N. P. Antsiferov. – Petrograd: Nachatki Znaniy [Rudiments of knowledge], 1923. – 39 p.
4. Dekret SNK RSFSR “O nacionalizacii chastnyh sobranii zhivopisi i grafiki” ot 2 dek. 1918 g. [Decree of the Council of People’s Commissars of the RSFSR “On the nationalization of private collections of painting and graphics” of December 2, 1918] // Sobranie uzakoneniy RSFSR [Collection of Laws of the RSFSR]. – 1918. - No. 89. – 906 p.
5. Antsiferov, N. P. O literaturnykh ekskursiyakh [About literary excursions] / N. P. Antsiferov // Pedagogicheskoe delo [Pedagogical work], 1921, No. 1. – P. 7–12.
6. Antsiferov, N. P. O literaturnykh ekskursiyakh [About Literary Excursions] / N. P. Antysiferov // Pedagogicheskoe delo [Pedagogical work]. - 1921. - No. 2. – P. 4–9.
7. Antsiferov, N. P. Gorod kak obyekt ekskursiy dlya vneshkolnikov [The town as an object of excursions for outofschool children] / N. P. Antsiferov // Vneshnie ekskursii [External excursions]. – Moscow: Krasnaya Nov’, 1924. – P. 50–73.
8. Antsiferov, N. P. Glavnaya ulitsa goroda [The main street of the town] / N. P. Antsiferov // Na putyakh kraevedeniya [On the paths of Local History] / Ed. M. M. Rubinstein. – Moscow: MIR, 1926. – 106 p.
9. Antsiferov, N. P. Prigorody Leningrada. Goroda Pushkin, Pavlovsk, Petrodvorets [The suburbs of Leningrad. The towns of Pushkin, Pavlovsk, Peterhof] / N. P. Antsiferov. – Moscow: GLM, 1946. – 112 p.
10. Antsiferov, N. P. Moskva i Peterburg v zhizni i tvorchestve Gogolya: materialy dlya ekskursii [Moscow and Petersburg in Gogol’s life and work: materials for excursions] / N. P. Antsiferov // Gogol’ v shkole [Gogol in School]. – Moscow, 1954. – P. 653–704.
11. Antsiferov, N. P. Teoriya i praktika literaturnykh ekskursiy [Theory and practice of literary excursions] / N. P. Antsiferov. – Leningrad: Vremya [Time], 1926. – 214 p.
12. Antsiferov, N. P. Kraevedcheskiy put’ v istoricheskoy nauke: istorikokulturnye landshafty [The Local History Path in historical science: Historical and cultural landscapes] / N. P. Antsiferov // Kraevedenie [Local History]. – 1928. - No. 6. – P. 321–338.
13. Antsiferov, N. P. Literaturnaya ekskursiya (Mednyy Vsadnik) [A literary excursion (The Bronze Horseman)] / N. P. Antsiferov // Voprosy ekskursionnogo dela po dannomu Petrogradskoy ekskursionnoy konferentsii 10–12 marta 1923 g. [Questions of excursion work according to the Petrograd Excursion Conference of March 10–12, 1923] / Ed. B. E. Raikov. – Petrograd: Nachatki Znaniy [Rudiments of knowledge], 1923. – 32 p.
14. Antsiferov, N. P. Nasha ulitsa [Our street] / N. P. Antsiferov // Ekskursii v sovremennost’ [Excursions into modernity] / Ed. N. A. Kuznetsov. – Leningrad: LGONO, 1925. – 51 p.
15. Antsiferov, N. P. Puti izucheniya goroda kak sotsialnyy organizm. Opyt kompleksnogo podkhoda [Ways of studying the city as a social organism. Experience of complex approach] / N. P. Antsiferov. – Leningrad: Seyatel’ E. V. Vysotskogo [Seedman of E. V. Vysotsky], 1926. – 150 p.
16. Antsiferov, N. P. Nepostizhimyy gorod [The incomprehensible city] / N. P. Antsiferov. – St. Petersburg: Lenizdat, 1991. – 293 p.
17. Antsiferov, N. P. Kak izuchat’ svoi gorod [How to study your town] / N. P. Antsiferov. – Moscow: Gosizdat, 1929. – 120 p.
18. Antsiferov, N. P. Kak uznat’ svoi gorod: v plane shkol’noy raboty [How to get to know your town: in the framework of school work] / N. P. Antsiferov. – Moscow: MIR Publ. House, 1929. – 118 p.
19. Antsiferov, N. P. Byl i mif Peterburga [The past and the myth of St. Petersburg] / N. P. Antsiferov. – Petrograd: Brockhaus-Efron Printing House, 1924. – 87 p.
20. Antsiferov, N. P. Peterburg Dostoevskogo [Dostoevsky’s Petersburg] / N. P. Antsiferov. – Petrograd: Brockhaus-Efron Printing House, 1923. – 108 p.
21. Weineert, Ya. A. Kak ya pomnyu Nikolaya Pavlovicha Antsiferova [How I remember Nikolai Pavlovich Antsiferov] / Ya. A. Weineert // Vestnik Gertsenovskogo universiteta [Herzen University Herald], - 2014. - No. 8. – P. 139–143.
22. Antsiferov, N. P. Iz vospominaniy [From memoirs] / N. P. Antsiferov // Brodsky, Yu. A. Solovki. Dvadcat’ let Osobogo naznacheniya [Solovki. 20 years of Special Purpose]. – Moscow: ROSSPEN, 2002. – P. 378–379.
23. Antsiferov, N. P. Iz dum o bylom [From thoughts of the past] / N. P. Antsifertov. – Moscow: Feniks [Phoenix], 1992. – 512 p.
24. Letter from S. A. Garelina-Antsiferova to N. MedvedevaTomashevskaya, October 22, 1958 // OR RGB [Department of Manuscripts, Russian State Library]. F. 645. Cart. 35. Storage units 13. L. 7 ob. – 8 ob.
25. Antsiferov, N. P. Detskoe Selo [Children’s Village] / N. P. Antsiferov. – Leningrad: Gosudarstvennoe izdatelstvo [State Publ. House], 1927. – 96 p.
26. Antsiferov, N. P. Pushkin v Tsarskom Sele (Literaturnaya progulka po Detskomu Selu) [Pushkin in Tsarskoye Selo (A literary walk through Detskoye Selo)] / N. P. Antsiferov. – Leningrad: OBLONO, 1929. – 56 p.
27. Likhachev, D. S. Vospominaniya. Pisma o dobrom [Memoirs. Letters about goodness] / D. S. Lokhachev. – Moscow: AST, 2017. – 480 p.
