В данной статье автор проводит анализ исторического опыта страхового дела в дореволюционной России на основе материалов по церковному недвижимому имуществу Сольвычегодского уезда Вологодской епархии. Источниковой основой исследования стали страховые документы, отложившиеся в фондах Хозяйственного управления при Синоде Российского государственного исторического архива и Вологодской духовной консистории Государственного архива Вологодской области. Рассматривается оценка церковных построек, размер страховых премий и компенсаций в случаях пожаров. Полученные данные позволяют провести сравнительный анализ страховых премий и оценки ущерба от огня по страховым случаям в церковной недвижимости. В Сольвычегодском уезде примерно 27 % от страховых премий расходовалось на выплаты компенсаций, что на 23 % меньше средних показателей по России. В заключении делается вывод, что страхование церковных построек на принципах взаимности оказалось менее целесообразно в Сольвычегодском уезде Вологодской епархии в 1911-1917 гг., чем в целом по Российской империи.
страхование, взаимное страхование, страхование от огня, Россия, Вологодская епархия, Сольвычегодский уезд
Развитие страхования имущества в России связано с инициативой правительства, которое поддержало открытие первого отечественного страхового общества в 1827 г. и подготовило правовую основу для страхового дела в XIX – начале XX в. [1, с. 270–281]. Как отмечал С. Ю. Витте, наиболее распространенным видом было страхование от огня, в связи с высокой опасностью пожаров для имущества. Он видел преимущество взаимного от других видов страхования в том, что его организация предусматривает не получение прибыли и позволяет «сообща нести все убытки, причиненные известным бедствием кому‑либо из членов общества» [2, с. 409–410]. Не осталась в стороне от этого процесса и церковная недвижимость, взятая во взаимное страхование в духовном ведомстве на основании высочайше утвержденного в 1904 г. Положения [3]. В 1918 г. страхование церковных построек на принципах взаимности прекратилось, в годы советской власти большое количество культовых строений разрушалось, сохранившиеся здания в своем преимуществе использовались не по изначальному предназначению.
В 2000‑х гг. в отечественной науке отмечается интерес к изучению истории взаимного страхования [4–7], однако церковная недвижимость в этом вопросе остается, как правило, вне объекта исследований, за исключением немногочисленных работ. Обращаясь к церковному страхованию начала XX в., Т. Л. Николаева сфокусировала внимание на нормативно-правовой основе регламентации процесса [8]. М. С. Кокарев, рассматривая законодательную базу и отчетные документы, пришел к выводу, что в целом страхование недвижимости духовного ведомства в предреволюционные годы в Российской империи выполняло поставленные задачи, при этом 50 % от страховых премий направлялись на компенсации ущерба от огня [9, с. 47]. В статьях А. В. Рожиной были проанализированы результаты взаимного страхования в Тотемском и Усть-Сысольском уездах Вологодской губернии в дореволюционный период. Если в Тотемском уезде целесообразность от взаимного страхования была выше, чем в целом по России, и размер компенсаций составлял около 77 % от страховых премий, то в Усть-Сысольском уезде, напротив, страхование оказалось гораздо менее выгодно [10, с. 72; 11, с. 33]. Однако обзор публикаций дает основание отметить, что исследователи крайне редко обращаются к основным источникам по страховому делу – делопроизводственным документам, позволяющим подробно изучить процесс реализации страхового дела на местах и на уровне Святейшего Синода.
Эта статья направлена на расширение представлений о взаимном страховании недвижимого имущества Русской православной церкви на основе анализа страховых карточек, страховых оценок и переписки между епархиальными и синодальными властями по материалам Сольвычегодского уезда, который простирался в северо-восточной оконечности Вологодской епархии на 37 276 кв. верст (около 40 кв. км). Древний торгово-ремесленный город Сольвычегодск, некогда процветавший благодаря соляному промыслу, развитому купцами Строгановыми, в начале XX в. был центром уезда и насчитывал немногим более 1,5 тыс. жителей [12, с. 2].
В ходе экспедиций по изучению богатств северного края в 1907–1909 гг. в этих местах непременно останавливались путешественники, совершавшие поездки по р. Вычегде. Заезжавший в город И. А. Шергин отмечал, что от богатейшего соляного промысла сохранились лишь развалины варниц и церкви [13, с. 8]. Б. В. Безсонов, описывая свои впечатления об этом маленьком городке на правом берегу р. Вычегды, писал, что «у самой воды высится окруженный деревьями собор» [14, с. 19]. Речь шла о Благовещенском соборе, построенном в 1563 г. (по сведениям страховых документов), освященном в 1584 г. (по летописным данным). Высота этого каменного храма с колокольней составляла 21 ½ саженей (около 46 м), ширина – 17 саженей и 1 аршин (около 37 м), высота до карниза – 13 саженей (около 28 м) [15, л. 2].
В 1910 г. в уездном городке находилось 12 церквей и 301 жилой дом. Функционировала городская пожарная служба, для тушения огня предназначалось шесть пожарных бочек, шесть насосов и пожарных машин. По-видимому пожарная часть работала весьма эффективно: несмотря на то, что застройка была преимущественно деревянной, за 15 лет, с 1895 по 1909 г., в г. Сольвычегодске (как и в г. Усть-Сысольске) произошло всего восемь пожаров – наименьшее количество среди городов Вологодской губернии за этот период [12, с. 4, 8–9, 30, 32; 16, с. 168–169].
Для минимизации ущерба от стихии в 1910 г. в духовном ведомстве начался процесс обязательного взаимного страхования недвижимости, расширивший функциональные обязанности благочинных. Если первоначально при введении этой должности в структуру епархиальных властей в 1799 г. работа благочинных церквей и монастырей подразумевала контролирующие функции [17, c. 51; 18, с. 1057], то возложенные на них обязанности по страховому делу были связаны с оценкой стоимости построек и финансовыми расчетами. В течение летне-осеннего периода 1910 г. благочинные Сольвычегодского уезда объехали свои округа, оценили церковное недвижимое имущество, произвели подсчеты страховых взносов и предоставили их в Вологодскую духовную консисторию, оттуда документы (страховые оценки и страховые карточки) направлялись на утверждение в Страховой отдел Хозяйственного управления, сформированный для осуществления общего контроля и организации процесса страхования построек в духовном ведомстве [3, с. 615; 10, с. 69].
Таблица 1
Благочинные Сольвычегодского уезда Вологодской губернии в 1910 году
Table 1
Deans of the Solvychegodsk Uyezd of the Vologda province in 1910
Источники. [15; 19–23].
Sources. [15; 19–23].
Как следует из данных, приведенных в табл. 1, Сольвычегодский уезд был разделен на пять благочиннических округов. В первом округе благочинным в 1910 г. являлся священник Сольвычегодской градской Спасообыденской церкви Тихон Чулков, он выполнял обязанности по страховому делу до увольнения, согласно прошению 4 июня 1917 г. [24, с. 325]. Во втором округе до 1916 г. благочинным был священник Ильинской Вилегодской церкви Петр Баданин, с 29 июля 1916 г. до 1918 г. эту должность занимал священник Михайло-Архангельской Верхолальской церкви Алексей Клочков [25, с. 304]. В третьем округе священник Богородской Белослудской церкви Алексий Вохомский первоначально с 17 января 1910 г. назначен исполняющим обязанности благочинного, с 8 марта 1913 г. утвержден в должности [26, с. 47; 27, с. 98]. В четвертом округе работу благочинного по страховому делу выполнял протоиерей Черевковской церкви Иоанн Белоруссов до 16 августа 1911 г., когда его сменил священник того же прихода Харлампий Пулькин [28, с. 354]. В пятом округе должность благочинного занимал священник Успенской Пустынской церкви Ардалион Ржаницын, который до перемещения в 1888 г. в Вологодскую епархию на место службы его покойного отца занимал должность благочинного второго округа Мезенского уезда Архангельской епархии [29, л. 1, 1 об., 2].
Объем работы благочинных в период взаимного страхования в духовном ведомстве был значительным. Под страхование попало все недвижимое имущество, относящееся к епархиальному ведомству: здания храмов, жилые дома, постройки для церковно-приходских школ, хозяйственного и прочего предназначения. На территории Сольвычегодского уезда проведена оценка 674 построек духовного ведомства, которые были описаны и застрахованы на сумму более 1 млн руб., ежегодные страховые премии в целом по уезду на 1911 г. утверждены в размере 2452 руб. 33 коп. (табл. 2). Размер страховых премий рассчитывали благочинные по утвержденным церковным тарифам в зависимости от страховой суммы здания, его прочности, материала постройки и покрытия крыши [10, с. 69; 30, л. 80, 80 об., 81].
Наибольшие взносы выплачивались по первому благочинническому округу, включавшему территорию уездного города и ближайших населенных пунктов. На территории округа находилось 22 каменных храма, среди них самые величественные – собор Благовещения Пресвятой Богородицы, церковь Сольвычегодского Введенского мужского монастыря и Спасообыденная церковь. По страховым документам Благовещенский собор оценивался в 51 200 руб., монастырская церковь – в 42 700 руб., Спасообыденная церковь – в 30 000 руб., страховые премии составили 30,72, 25, 62 и 18 руб. соответственно [15, л. 4, 16, 21].
Таблица 2
Страхование церковных построек в Сольвычегодском уезде Вологодской епархии в 1911 году
Table 2
Insurance of church buildings in the Solvychegodsk Uyezd of the Vologda Diocese in 1911
Источники. [15; 19–22].
Sources. [15; 19–22].
К первому округу также относился Николаевский Коряжемский мужской монастырь, построенный в месте впадения р. Коряжемки в р. Вычегду. Недвижимость иноческой обители в 1910 г. была застрахована на 42 756 руб., с 1911 г. выплачивались взносы в размере 218,06 руб. На монастырских территориях располагались две каменные церкви – Благовещенская и Спасская, а также 18 деревянных построек жилого и хозяйственного предназначений. После завершения строительства в 1913 г. были застрахованы каменный храм в честь преподобного Лонгина Коряжемского и Павла Обнорского и деревянное здание для подворья Николаевского Коряжемского монастыря в г. Сольвычегодске [15, л. 23–33].
В течение 1911–1917 гг. работа благочинных была связана с оформлением документов по страховым случаям, оценкой новых церковных построек и переоценкой зданий вследствие ремонта, перестройки [3, с. 617]. После завершения строительства в 1913 г. нового каменного храма в честь преподобного Лонгина Коряжемского и Павла Обнорского и деревянного здания для подворья Николаевского Коряжемского монастыря в г. Сольвычегодске постройки были приняты «на страх» [15, л. 32, 36–37]. При отправке документов в Страховой отдел для новых зданий прилагались их планы или изображения. Четких разъяснений по оформлению графических документов не было, и их качество значительно различалось. Как правило, это были схематические планы с указанием частей здания, как, например, ранее опубликованные церковно-причтовых домов Поршенской Спасской и Верхолальской Михайло-Архангельской церквей, вновь выстроенных в 1913 г. во втором округе Сольвычегодского уезда Вологодской епархии [31, с. 306, 310]. По храму преподобного Лонгина Коряжемского и Павла Обнорского в Страховой отдел был отправлен вид фасада здания, сохранившийся в архивных фондах Хозяйственного управления при Синоде [15, л. 32–35].
В 1914 г. в Страховой отдел представлены планы вновь устроенного храма и церковно-приходской школы в с. Малая Пинега, которые демонстрируют планировку помещений с учетом сторон света (рис. 1, 2). Здание церковно-приходской школы после пожара 1908 г. в течение шести лет использовалось в качестве временного храма. По страховой оценке, произведенной первоначально 21 июля 1910 г. благочинным И. Белоруссовым, строение было застраховано по первому разряду как культовая постройка. После завершения строительства в 1914 г. новой деревянной Спасо-Преображенской церкви, она была застрахована на 14 тыс. руб., а церковно-приходская школа перестрахована на 1600 руб. [27, л. 40, 40 об., 41, 44, 44 об., 45].
Рисунок 1. План Спасо-Преображенской церкви в селе Малая Пинега.
Pic. 1. Plan of the Church of the Transfiguration of the Savior in the village of Malaya Pinega.
Рисунок 2. План церковно-приходской школы при Спасо-Преображенской церкви в селе Малая Пинега.
Pic. 2. Plan of the parish school at the Church of the Transfiguration of the Savior in the village of Malaya Pinega.
Помимо оценки церковных построек к непременным обязанностям благочинного по страховому делу входил выезд в случае пожара на место происшествия для расчета суммы ущерба и составления пожарного акта. В Сольвычегодском уезде в 1911–1917 гг. наибольшее количество страховых случаев пришлось на первый и четвертый благочиннические округа (четыре и три случая соответственно), один пожар произошел во втором округе. Третий и пятый округа в этот период стихия обошла стороной здания епархиального ведомства (табл. 3).
Таблица 3
Пожары в церковных постройках в Сольвычегодском уезде Вологодской губернии в 1911–1917 годы*
Table 3
Fires in church buildings in the Solvychegodsk Uyezd of the Vologda Province in 1911–1917*
Примечание. «–» отсутствие данных о пожарах в архивных документах за 1911–1917 гг.
Note. “–” sign in the Table indicates the absence of data on fires in 1911-1917 in archival documents.
Источники. [15; 19–22].
Sources. [15; 19–22].
На территории первого благочиннического округа уже в августе 1911 г. зафиксирован страховой случай. Загорелась приписанная к Благовещенскому собору каменная Городищенская Иоанно-Предтеченская церковь, находившаяся в трех верстах (примерно 3,2 км) от г. Сольвычегодска. По страховым документам известно, что церковь с колокольней построена в 1809 г. и была застрахована на 9 тыс. руб. Через месяц после пожара в «Вологодских епархиальных ведомостях» сообщались подробности происшествия. Ударившая в восьмерик под главой церкви молния вышибла раму и стекла. Внутри храма были обуглены карнизы позолоченного иконостаса. На церковной главе покривился крест. В газете зафиксировано, что сумма повреждений от пожара в Иоанно-Предтеченской церкви исчислялась в размере 100 руб. После детальных расчетов благочинным первого округа Т. Чулковым ущерб оказался почти в два раза больше и из страховых сумм была выплачена компенсация 197,9 руб. [15, л. 3, 4, 4 об.; 32, с. 368–369].
По вопросу о сумме страхования зданий после пожара руководствовались Циркулярным отношением Страхового отдела духовного ведомства от 23 декабря 1911 г. за № 39350. В нем разъяснялось, что до решения вопроса по каждому отдельному случаю в Общем страховом присутствии сгоревшие части строений исключались из страхования до их восстановления и повторной оценки [33, с. 31]. Вследствие этого предписания, после происшествия в Иоанно-Предтеченской церкви, страховая оценка здания была уменьшена на сумму компенсации и составила 8802 руб. [15, л. 4 об.].
Второй страховой случай, произошедший в первом округе, подробно описывался в «Вологодских епархиальных ведомостях». Сообщалось, что 5 июля 1912 г. «разразились две грозовыя тучи. Два церковных сторожа, находившиеся в церковной сторожке, упали на пол сторожки и, очнувшись, ударили в набат <…> Местные старожилы, лет под 70 и более, заявляют, что на своем веку не запомнят такой страшной грозы». Молния, выбив стекла в Вешкурской Христорождественской церкви, ударила в центральный иконостас, опалила позолоченные колонны и карнизы. Несмотря на разрушения, церковь уцелела, но помещения верхней и нижней частей храма были в дыму, пожаром повреждены трапезный и предельный иконостасы. В известии о пожаре отмечалось, что поврежденный огнем иконостас в верхнем холодном храме был достаточно новый (1898) и стоил 2400 руб., а иконостасных дел мастер из г. Великого Устюга оценил работу по обновлению иконостаса в 2 тыс. руб. [34, с. 338–339]. По страховой оценке, произведенной в 1910 г., иконостас в теплом храме оценивался в 300 руб., в приделе – в 200 руб., в холодном храме – в 1 тыс. руб., а здание храма застраховано на 13 тыс. руб. В результате при оценке ущерба учитывалось не мнение мастера из г. Великого Устюга, а страховая оценка постройки. На основании отношения от 25 сентября 1912 г. за № 30304 из Страхового отдела на возмещение убытков от пожара в Вешкурской Христорождественской церкви Вологодской духовной консисторией были получены денежные средства в размере 589 руб. 96 коп., из них 582 руб. 40 коп. через благочинного доставлены страхователю, остальные средства предназначались на дорожные расходы [15, л. 44 об.; 35, л. 8, 8 об.].
В сентябре 1913 г. в первом округе при Песчанской Троицкой церкви по неустановленной причине сгорел деревянный одноэтажный церковно-причтовый дом со «скотской стаей» (хозяйственная пристройка), построенный и принятый «на страх» в 1911 г. Выплаченная компенсация составила 700 руб. – 100 % от страховой оценки здания. Через три года для причетника был построен новый деревянный одноэтажный дом с мезонином под одной крышей со «скотской стаей», застрахованный на 1 200 руб., т. е. на 42 % больше суммы выплат по страховому случаю [15, л. 74, 75, 75 об., 77, 77 об., 79; 35, л. 45, 45 об.].
Также в полном объеме от страховой суммы была получена компенсация за сгоревшую в июле 1914 г. мукомольную мельницу, относившуюся к недвижимому имуществу Нилиндской Николаевской церкви первого округа. Компенсация в размере 700 руб. позволила возвести новую мельницу. 16 января 1916 г. благочинный при оформлении страховых документов оценил постройку в размере первоначальной страховой суммы. При церкви также был застрахован новый деревянный церковно-причтовый дом, по первоначальной оценке, в 350 руб. При утверждении страховой карточки на новые строения Нилиндской Николаевской церкви в Страховом отделе оценка построек была пересмотрена и увеличена: мельница страховалась на 1 тыс. руб., дом – на 1475 руб. [15, л. 61, 61 об., 52, 62, 63].
Пожары также частым явлением были в четвертом благочинническом округе, причем все страховые случаи произошли в постройках Черевковской Успенской церкви в летне-осенний период 1912–1914 гг. Первое возгорание из-за неосторожного обращения с огнем 30 августа 1912 г. повредило деревянное здание Успенской церкви. По страховым документам известно, что строение было весьма древнее, но прочное, построено в 1691 г. на булыжном камне. Церковь в результате пожара уцелела, при этом были полностью уничтожены и исключены из страхования дом священника, амбар, ледник и баня. За ущерб выплачена компенсация в размере 1335 руб. При этом страховая оценка церкви была уменьшена с 7 тыс. руб. до 5 тыс. руб. [27, л. 65, 69, 69 об.]. 17 сентября 1913 г. из-за неосторожного обращения с огнем сгорело принадлежавшее церкви бревенчатое здание торговой лавки. Благочинный, прибывший на следующий день после происшествия, в пожарном акте зафиксировал, что пожар произошел с 7 часов вечера и уничтожил деревянный торговый корпус до тла. В докладном реестре от 25 сентября заместителем столоначальника Вологодской духовной консистории заключено, что акт составлен правильно и расчет пожарных убытков произведен верно. На основании акта о пожаре с заключением из Страхового отдела была направлена сумма за ущерб от пожара в размере страховой оценки строений (880 руб.). [там же, л. 71, 71 об.; 35, л. 42, 42 об.]. 29 ноября 1914 г. по неустановленной причине сгорел овин, также относившийся к недвижимому имуществу Успенской церкви. Ущерб был выплачен в полном размере страховой оценки постройки (15 руб.) [27, л. 69, 69 об.].
В результате трех пожаров в с. Черевкова за повреждения огнем здания церкви и шести сгоревших построек были выплачены компенсации в размере 2230 руб. После происшествий в 1915 г. был перестроен одноэтажный деревянный церковный дом для священника с мезонином и перестрахован на 1800 руб. (вместо 1 тыс. руб.), построен новый амбар [27, л. 67, 75–78]. Сведений о других постройках, возведенных после пожаров в Успенской церкви, в страховых документах не отражено.
Последний страховой случай в Сольвычегодском уезде за период взаимного страхования произошел 14 февраля 1917 г. во втором благочинническом округе в деревянном доме, предназначавшемся для учащихся школы при Вилегодской Богоявленской церкви. Деревянное здание, построенное в 1908 г., было непрочное, покрыто досками и оценивалось в 200 руб. Причина пожара не установлена, но в связи с тем, что строение сгорело полностью, компенсация выплачена в полном объеме страховой суммы [25, л. 2–6, 6 об.].
Подводя итоги, отметим, что взаимное страхование для начала XX в. было воспринято как весьма понятный метод борьбы с последствиями от огненных бедствий в связи с тем, что ложилось на благоприятную почву народного менталитета, веками базировавшегося на принципах взаимопомощи и круговой поруки (коллективной ответственности). Огромная работа, проделанная сотрудниками Страхового отдела и благочинными по оценке церковных построек в 1910 г., позволила осуществить страхование церковной недвижимости на принципах взаимности в 1911–1917 гг. Проанализированные документы, зафиксировавшие случаи пожаров, позволяют прийти к выводам о том, что в период взаимного страхования в Сольвычегодском уезде Вологодской епархии произошло восемь пожаров. В 50 % страховых случаев причины возгорания не установлены, в 25 % – связаны с неосторожным обращением с огнем, в 25 % – произошли от ударов молнии. Во время пожаров повреждены три здания церкви (два каменных, одно деревянное) и полностью утрачены девять деревянных построек, в том числе два жилых дома, пять хозяйственных построек, здание церковной школы и помещение торговой лавки.
За 7 лет взаимного страхования в Сольвычегодском уезде были внесены страховые премии в размере свыше 17 тыс. руб. Компенсации на покрытие пожарных убытков в течение того же периода составили около 4,6 тыс. руб., т. е. 27 % от премий. В 60 % страховых случаев компенсации производились в полном объеме страховой оценки зданий. При этом выплаченные суммы за ущерб от огня не всегда позволяли страхователям построить аналогичное здание. В изучаемом регионе страхование обеспечило возведение новых строений вместо сгоревших только в 33 % страховых случаев.
Финансовые итоги взаимного страхования от огня церковной недвижимости в Сольвычегодском уезде Вологодской епархии демонстрируют гораздо меньшую степень целесообразности страхования для страхователей в этом регионе, чем в целом по Российской империи и в Тотемском уезде, где ущерб от пожаров был значительно более существенным. Дальнейшее изучение архивных фондов видится весьма перспективным для раскрытия практической реализации взаимного страхования недвижимости Русской православной церкви в последнее десятилетие существования Российской империи.
Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
1. Петров, Ю. А. Россия/СССР и международный рынок страхования (XVIII–XX вв.) / Ю. А. Петров // Труды исторического факультета Санкт-¬Петербургского университета. – 2011. – № 5. – С. 266–288.
2. Витте, С. Ю. Конспект лекций о народном и государственном хозяйстве, читанных его императорскому высочеству великому князю Михаилу Александровичу в 1900–1902 гг. / С. Ю. Витте. – СПб.: Тип. АО Брокгауз-¬Ефрон, 1912. – [2]. – XV. – 568 с.
3. Июня 6 [1904 года]. Высочайше утвержденное положение о взаимном страховании от огня строений духовнаго ведомства / Полное собрание законов Российской империи. Собрание 3 е (ПСЗРИ 3). T. XXIV. № 24.712. – СПб., 1904. – С. 614–809.
4. Дашко, В. М. Историко–правовые аспекты применения взаимного противопожарного страхования в России / В. М. Дашко, А. В. Эльмурзаев // Право. Безопасность. Чрезвычайные ситуации. – 2014. – № 4 (25). – С. 50–54.
5. Краюшкина, Е. И. Система взаимного страхования в Тульской губернии во второй половине XIX–начале XX вв.: дис. … канд. ист. наук / Е. И. Краюшкина. – Тула, 2015. – 200 с.
6. Куликова, М. Н. Обязательное взаимное страхование строений от пожара в России: дис. … канд. экон. наук / М. Н. Куликова. – М., 2011. – 160 с.
7. Логвинова, И. Л. Взаимное страхование в России: особенности эволюции / И. Л. Логвинова. – М.: Финансы и статистика, 2009. – 175 с.
8. Николаева, Т. Л. К вопросу о практическом осуществлении церковного страхования в начале XX века / Т. Л. Николаева. – URL: http://www.religare.ru (дата обращения: 01.03.2024).
9. Кокарев, М. С. Страхование церковной недвижимости в Российской империи в начале ХХ в. / М. С. Кокарев // Модернизация культуры: диалоги о прошлом и настоящем в науке, искусстве, образовании: материалы IX Международной научно-¬практической конференции, Самара, 25–26 мая 2023 года. – Самара: Самарский государственный институт культуры, 2023. – С. 44–47.
10. Рожина, А. В. Пожары и взаимное страхование «от огня» церковных построек в Тотемском уезде Вологодской губернии в 1910–1917 годах / А. В. Рожина // Известия Коми НЦ УрО РАН. Серия «История и филология». – 2025. – № 2 (78). – С. 67–75.
11. Рожина, А. В. Реализация взаимного страхования «от огня» строений духовного ведомства в России в 1910–1917 гг. (по материалам Усть-¬Сысольского уезда Вологодской губернии) / А. В. Рожина // Известия Коми НЦ УрО РАН. Серия «История и филология». – 2024. – № 6 (72). – С. 29–36.
12. Города России в 1910 году / Центр. стат. ком. МВД в 1910 году. – СПб.: Типо-лит. Ныркина, 1906–1914. – 1914. – 1200 с.
13. Шергин, И. А. Богатства севера (Зырянский край). Путевыя заметки, очерки и рассказы / И. А. Шергин. – М.: тип. "Печ. дело", бывш. Ф. Я. Бурче, 1908. – 152 с.
14. Безсонов, Б. В. Поездка по Вологодской губернии к нефтяным ея Богатствам на реку Ухту / Б. В. Безсонов. – СПб.г: т-во Р. Голике и А. Вильборг, 1908. – 143 с.
15. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 799. Оп. 33. Д. 128. 92 л.
16. Статистика пожаров в Российской империи за 1895–1910 годы. – Ч. 1. 63 губернии Европейской России. – СПб.: Центр. стат. ком. МВД, 1912. – 276 c.
17. Рожина, А. В. Благочинные монастырей в системе церковного управления Российской империи в конце XVIII–начале XX века / А. В. Рожина // Известия Коми НЦ УрО РАН. Серия «История и филология». – 2024. – № 1 (67). – С. 51–57.
18. Рожина, А. В. К вопросу о взаимном страховании строений духовного ведомства в России в период думской монархии / А. В. Рожина // Вестник Удмуртского университета. Серия «История и филология». – 2024. – Т. 34, № 5. – С. 1055–1063.
19. Назначения, перемещения, увольнения и другия перемены по службе // Вологодские епархиальные ведомости. – 1917. – № 15–16. – С. 325–326.
20. Распоряжения епархиальнаго начальства // Вологодские епархиальные ведомости. – 1916. – № 17. – С. 304–306.
21. Распоряжения епархиальнаго начальства // Вологодские епархиальные ведомости. – 1910. – № 3. – С. 47–48.
22. Распоряжения епархиальнаго начальства // Вологодские епархиальные ведомости. – 1913. – № 6. – С. 98–99.
23. Распоряжения епархиальнаго начальства // Вологодские епархиальные ведомости. – 1911. – № 17. – С. 354–356.
24. Государственный архив Вологодской области (ГАВО). Ф. 496. Оп. 1. Д. 15975. 23 л.
25. РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 129. 67 л.
26. РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 130. 87 л.
27. РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 131. 83 л.
28. РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 132. 99 л.
29. Памятная книжка Вологодской губернии на 1912 год. – Вологда: Типография Губернскаго правления, 1912. – XII, 130 с.; [1] л. испр. и доп.; [2] л. рекл. объявл.
30. РГИА. Ф. 799. Оп. 31. Д. 574. 96 л.
31. Рожина, А. В. Взаимное страхование недвижимого имущества духовного ведомства в России в 1910–1917 гг. (по документам Вологодской епархии) / А. В. Рожина // Карамзинские чтения / РГИА. – Вып. 5: Памяти императора Александра III. – СПб.: РГИА, Изд-во «Аврора», 2024. – С. 303–310.
32. Повреждения от грозы и молнии // Вологодские епархиальные ведомости. – 1911. – № 18. – С. 368–369.
33. Циркулярное отношение Страхового отдела духовного ведомства от 23 декабря 1911 г. за № 39350 // Вологодские епархиальные ведомости. – 1912. – № 2. – С. 31.
34. О повреждениях от молнии в Вешкурской Христорожд. церкви Сольвычегодскаго у. // Вологодские епархиальные ведомости. – 1912. – № 15. – С. 338–339.
35. ГАВО. Ф. 496 Оп. 1. Д. 19406. Л. 8, 8 об.
